Деметроника

Насколько далеко простираются границы и возможности жизни? Что она вообще такое в смысле физических объектов и сил? Чем отличается от неживых систем? Где виталисты и сторонники идей о волновом геноме правы, а в чём ошибаются? И как мы можем распорядиться такими ресурсами, не уничтожив мироздание? На эти и многие другие вопросы вы узнаете ответы уже сегодня, однако для полного понимания, а уж тем более освоения данной темы нужен целый семинар. Итак, я Янжия, учёная седьмого класса в сферах деметронных наук, и мы начинаем.

Двигаясь через тернии чудовищных энергий и тончайших преобразований к открытию единой окончательной Теории Всего, физики на каждом шагу находят множество ранее невиданных явлений, частиц или даже новых видов логики. Так, через приблизительно двенадцать лет в этом мире наконец будет экспериментально обнаружен бозон Хиггса, предсказанный ещё в середине шестидесятых и ответственный за наличие у объектов инертной массы. Сейчас вы, вероятно, не особо впечатлитесь, но тогда об этом будут говорить практически на каждом углу. И таких интересных примеров окажется ещё очень много, один удивительнее другого. Иногда они оказываются странными, но в меру, другие далеко выходят за пределы фантазии предыдущих поколений, а третьи до изумления напоминают некоторые древние философские или мистические концепции. Идеальным примером последней категории, как вы уже поняли, является деметронное поле, разом похожее на тысячи различных идей из чуть ли не всех здешних культур, старинных или современных. Тем не менее, оно настолько же и отличается ото всех таких додумок.

Все знают, что действие равняется противодействию, и этот принцип актуален не только для ньютоновской механики. В том или ином виде он обнаруживает себя практически везде, тесно переплетаясь с различными законами сохранения, к примеру, энергии, импульса, информации о виде объекта, упавшего внутрь чёрной дыры… Последний интересен тем, что в определённом смысле противостоит энтропии. Эта вселенная неумолимо стремится к хаосу, причём чем дальше, тем быстрее - но, как видите, есть и обратный механизм, хотя его очевидно недостаточно для компенсации даже тысячной доли процента необратимого распада информации. Возникает слишком резкое несоответствие, и тогда было бы логично допустить, что в таком случае должен существовать многократно более эффективный принцип упорядочивания природной стихии.

Общая его суть, если оставить в стороне головоломную математику, такова. Вся реальность наполнена деметронным полем, которое отчасти имеет ту же базовую природу, что гравитационное, электромагнитное и другие, но необычайно тонкое. Его кванты на многие порядки меньше планковской длины и потому поодиночке необнаружимы в рамках обычного подхода к физике. Они слишком слабы, чтобы повлиять даже на квантовомеханические системы. Но могут соединяться между собой в более сложные паттерны, особенно под влиянием того, например, как пересекаются гравиволны от созвездий или единичных нейтрино - невидимая, непрерывно перестраивающаяся мозаика глубинных структур вселенной. И даже если деметроны оказались в полной тишине, они всё равно смогут образовывать узоры шириной хоть сразу с целый мир.

Это происходит на, можно сказать, универсальном фоне всех физических процессов, а значит, в свойствах деметроннной конструкции может быть косвенно закодирована полная информация о них. И действительно, именно туда она как бы сливается из нашего масштаба. Благодаря столь интересной роли такие кластеры стремятся ко всё большему упорядочиванию вместо хаоса, и по вселенной раскидываются громадные сети их орнаментов. Возникают своего рода рельсы, и суммарного воздействия их бесчисленных деталей, какими бы микроскопическими они ни были, может оказаться вполне достаточно для самых сложных преобразований мира. Разумеется, сдвинуть звезду им будет тяжелее, чем повлиять на фолдинг огромного белка или, тем более, перенаправить фотон, однако потенциального предела возможностей здесь нет вообще.

Напоминает очень много всего, не правда ли? К примеру, жизнь в своей основе действительно возникает как побочный продукт деметронных реакций и именно поэтому настолько эффективно противостоит энтропии, как минимум внутри организма. А строго и в то же время пластично упорядоченная работа молекул, сигналов, органов, популяций или целых биосфер порождает ещё больше структурированных колебаний, тем самым создавая обратную связь с окружающими деметронами. Но не будем забегать вперёд, нас ждёт много увлекательного на самом пути.

Деметра, древнегреческая богиня плодородия в широком смысле, покровительница земледелия, Великая Мать, порождающая всё живое и принимающая в себя умерших, воплощение первобытной творческой энергии. В мифологии о ней можно найти ещё много деталей, которые очень красиво увязываются с концепциями деметроники. Так в чью же ещё честь можно было бы назвать эту науку? Хотя на Юважме, моей родной планете, пантеон был, очевидно, совсем другим, и представления об абстрактной жизненной силе напоминали, возможно, китайскую ци или нечто подобное - но это я расскажу в более подходящее время. Итак, с первой частью всё ясно и понятно, однако почему же именно деметроника, а не, к примеру, деметрология или деметрономия, если речь о естественной науке? Да вот как раз-таки потому, что изначально это именно инженерная область - разработка средств для эксплуатации свойств деметронного поля и управления его структурами. Описания физических процессов и их взаимодействий тоже крайне важны, но здесь выступают, скорее, фундаментом, на котором мы возводим здания.

В целом сама она также не висит среди пустоты, а опирается на по меньшей мере три другие дисциплины. Герросхематику, которая изучает сверхнизкоэнергетические реакции и системы. Демостатику, тоже первым делом техническую науку о том, как можно конвертировать самые разные объекты в квантовые параметры, наподобие потенциальной энергии, и обратно. Энергетику, коль скоро речь идёт об энергии, хоть и в странных формах или взаимодействиях. Убология, к слову, держится на тех же трёх китах, однако осваивает вообще другие эффекты, вроде превращения фрагментов континуума в геометрические фигуры с разными свойствами, поэтому мы здесь называем её двоюродной сестрой деметроники. Но в уболах я почти не разбираюсь, хотя сама эта сфера местами выглядит настолько же увлекательной, как силы деметронов.

На других синреалогических ярусах тоже существуют их аналоги, при условии, что там вообще возможна жизнь в нашем понимании такого слова. К примеру, в Омниме эту роль играют гиперсодержание - структура архетипа, и шхиническая адхура, которая переносит его паттерны на более вещественный уровень. Насчёт алфизиона пока можно сказать немногое, но живые программы известны уже давно. С индиционом только начинают разбираться, и там очень непросто отделить мух от котлет даже по самым абстрактным экзистенциальным аспектам, однако местная природа допускает существование буквально чего угодно, пока это не противоречит более общей синреалогии - а значит, различные фантазии на тему некоей витальной энергии также обязаны существовать. Но чем ниже ярус, тем сложнее им объединяться в действительно устойчивые кластеры, потому что каждая мелкая идея может исказить значение всей структуры. А выше физического мира они уже слишком слабеют, поэтому нодоционные аналоги деметронного поля могут формировать только отдельные организмоподобные конструкции, но вот для массового производства жизнеформ их уже не хватает. Впрочем, там отсутствует и привычная нам глобальная энтропия - её проявления тоже очень точечны, излишкам стирающейся информации попросту неоткуда браться. Таким образом, наша физика находится в золотой середине.

Возвращаться к этим другим ярусам я больше не буду, там уже начинаются совершенно отдельные науки. Однако и одних лишь физических деметронов хватает для реализации самых смелых фантазий, потому что они способны делать всё, чего в принципе может добиться жизнь, а по сути, даже ещё больше. Их не сковывают ограничения анатомии, физиологии, биохимии и тому подобного, это фактически универсальный программный язык. Нужно только научиться им пользоваться, а на роль устройств ввода вполне годимся даже мы сами как живые существа.

Охватить хотя бы миллионные доли процента их возможностей нереально, это действительно безграничный потенциал. Да, конечно же, у него есть горизонты, для достижения которых придётся обойти фундаментальные законы мироздания. И общий принцип действия абсолютно всех деметронных сетей основан только на упорядочивании материи, энергии, космоса или других компонентов вселенной, вплоть до буквального оживления, а остальное суть его производные. Но внутри данных рамок остаются всё ещё бесконечные наборы самых разнообразных опций.

Начать эту тему лучше немного издалека, из уже озвученных моментов. Итак, есть система с крайне эффективной обратной связью. Вначале она своими флуктуациями порождает жизнеформы, совершенно пассивным образом, как, к примеру, туманности конденсируются в звёзды, а ветер формирует барханы, но сложней. Затем уже сами такие существа выступают проводниками этой силы, разгоняют и направляют её ради получения ещё более сложных узоров в структуре родной планеты или всей вселенной. И так по кругу. Чем всё это нам может быть полезно?

Основным назначением деметронного поля являются создание, хранение, передача информации и другие действия, которые увеличивают её количество, или хотя бы не уменьшают напрямую. Удалять её можно при помощи сторонних методов, но пока о них забудем. Подумайте, что можно сделать, используя только созидательные функции? Верно, можно сформировать какой-нибудь орган, и уже с его помощью выполнить более хитрую задачу, в том числе разрушительную, но это уж слишком просто. А вот если попытаться обойтись только самими деметронами?

Отличная память, молодец. Да, по сути, это пресловутые генетические волны, которые вполне годятся для дополнения химических носителей информации. Не тот волновой геном, который так активно продвигают шарлатаны, но его максимально близкое подобие. И даже гораздо более интересное, потому что в таких орнаментах можно закодировать, например, форму части тела, а затем выращивать её из произвольно взятого материала на каком угодно месте. Своего рода универсальный биологический конструктор, на физике которого основаны проекции множества ингенионных сил, вроде сегрегаторства или метаморфизма, хотя это уже темы не для моего семинара. Кроме того, это позволяет сохранять и иные сведения, наподобие слов, которые затем также можно воссоздать как звуки или даже конвертировать в описания анатомических форм.

Тем же методом нетрудно ремонтировать гены и ткани, при условии, что на это хватит энергии. Увы, деметронное поле является не более чем инструментом для сверхточного приложения силы, а вовсе не её источником. С другой стороны, однако, мы живём в океане энергии, которую требуется лишь извлечь из связанной формы. В частности, на данных принципах основаны так называемые архибиотики, вроде уже знакомой вам панацеи, хотя они обычно действуют через ряд посредников. А освоив подобную трансмутацию, можно навеки забыть о голоде, смерти и других досадных мелочах органического существования. Кроме того, бывают и как бы организмы наоборот, у которых вся жизнедеятельность осуществляется снаружи, то есть само тело технически неживое, но вокруг него вертятся и перестраиваются мощные виталистические вихри.

Так устроена, в частности, кламедонийская биота, которую, за неимением лучших слов, можно назвать флорой. Это исполинские матрицы из минеральных структур самой фантастической геометрии, которые покрывают три четверти поверхности планеты и очень тесно переплетаются своими деметронными полями, которые, по сути, являются настоящими организмами. Кламедония расположена в другой вселенной, которая считается высокоранговой, вся целиком, поэтому пока недоступна для большинства праздных визитёров. Но я должна её упомянуть, потому что оттуда происходят вольвеллиры - удивительные разумные существа, биология которых была бы абсолютно невозможна без продвинутых граней деметроники. Сейчас на сцену выйдет Двойстороос, мой молчаливый коллега, и могу заверить, вы не встречались ни с чем похожим.

Он, как видите, далеко выходит за рамки человеческих представлений о том, что есть отдельный организм, причём вы воспринимаете только его часть. Непостоянное количество мифических существ, которые действуют, вроде бы, как единое целое, хотя при этом некоторые могут, к примеру, убивать или поедать других, и вообще ведут себя крайне странно. На самом же деле это мощнейший деметронный вихрь, который основан на системе головоломных математических задач. Решает он их следующим образом - создаёт псевдоматериальные проекции таких вот существ, которые собираются в нечто вроде отряда, совершают поступки, кодирующие часть вычислительных процессов, и разбегаются снова, до следующего шага. Между этими шагами они могут полностью преобразиться, но внимательный и терпеливый наблюдатель сумеет разглядеть в их необычном спектакле устойчивые закономерности. Причём это является одновременно функцией телесности, мыслительным процессом, воздействием на мир, вроде кулинарии или изготовления инструментов, и множеством других актов жизнедеятельности. Поэтому вольвеллирам необходимо постоянно отвлекаться, чтобы продолжать существование исходной личности, но не слишком сильно, иначе сама цель их бытия лишится смысла и разрушится. Это не единственная циклосоматическая форма жизни, известная Альянсу, но по деметронной линии развития она, несомненно, зашла намного дальше других и почти переросла необходимость в осязаемой структуре. Что ж, благодарю тебя за демонстрацию, и ага, я поняла, тогда подожди в главной лаборатории, после следующей лекции проверим, чего ты там такое удумал.

Да, прошу прощения, небольшие рабочие вопросы, нужно было сразу их отметить, пока идея не ушла. Ну так вот, сейчас вы видели вполне типичного представителя этого вида. Но они бывают крайне разнообразными и столь причудливыми, что большинству даже нельзя посещать миры вроде вашего, чтобы никого не распугать просто одним своим присутствием. А наиболее фантастическим из них, конечно же, является высокоранговый Библиотекарь, известный как Волиус, которому именно ардорэксперия позволяет так долго существовать в рамках цельной последовательной идентичности вместо того, чтобы каждый раз становиться совершенно новым метаиндивидом. Невероятно иронично, ведь обычно синдром коллекционера разрушает базовую персональность, а здесь почти буквально соединение минусов создало надёжный плюс.

Однако мы приблизились уже к самому краю деметронной науки, и даже немного перешагнули. Но что делать, если здесь нужен наглядный пример, а ничего более подходящего у меня сейчас не найдётся? Ладно, с этим мы разобрались, и пора вернуться к чистым возможностям деметронных эффектов. И понять суть многих из них будет легче, если ориентироваться на то, какими технологическими средствами мы при этом пользуемся, что служит посредником для передачи обычного сигнала в масштаб сверхнизких энергий или наоборот. Их не очень много.

Эволюция жизни начинается с полностью деметронных вихрей, которые понемногу обрастают всё более осязаемыми и структурированными субстанциями, вплоть до живой клеточной ткани. Их сродство вначале ослабевает, но после некоторой точки вновь начинает нарастать, и мы вполне можем модифицировать органическую материю намного дальше, чем это успела сделать природа. В результате получается подобие мозга, к которому можно подсоединить управляющие компьютерные элементы. Такая конструкция является, скорее, бездушным роботом, а не настоящим чувствующим существом. По крайней мере, не больше, чем отдельные клетки, из которых состоит, иначе мы вряд ли решили использовать подобные системы. Но во многих цивилизациях подобные организмы могут быть даже почти разумными, и мы, чтобы не терять этот очень эффективный инструмент, сделали из него аугментации для собственного тела. Другим вариантом, ещё более совершенным, хотя сложным в изготовлении, оказались айтиматериальные чипы, которые возможно уменьшать почти до бесконечности. Ну а третьим основным подходом стали, разумеется, различные герросхематические механизмы и программы, которые потребовалось только перенастроить. Кроме того, при должном старании осуществлять все деметронные преобразования можно и при помощи особых видов метаэдронных вычислений.

Вам знакомо такое понятие из философии Аристотеля, как энтелехия? Это некая внутренняя сила, которая заключает в себе цель и результат существования. К примеру, превращает орех в деревце конкретного биологического вида, или позволяет организму совершать движения как таковые. На этом пути можно отклоняться в ту или иную сторону, и даже очень далеко, но в итоге он всё равно выведет к заранее заданному общему состоянию бытия. А если этот потенциал предрешён изначально, должен быть способ реализовать его быстрее, чем обычным ходом.

Вот горшочек с посаженным орехом, вы все его видите? Можете проверить, что здесь нет никакого скрытого механизма, только керамика да горстка самого обыкновенного чернозёма. А чтобы точно не было обмана, мы будем разглядывать его через мощный микроскоп, в реальном времени, выводя картинку одновременно на ваши личные проекторы и общий позади меня. Видите, как пробуждаются и начинают делиться клетки, происходят обмены энергиями с окружающей средой, начинается, собственно говоря, осуществление энтелехии? В таком масштабе процесс кажется очень быстрым, но пройдёт немало дней, прежде чем проклюнется зелёный росток. Теперь добавим немного специального порошка, который, как видите, имеет необычайно сложную молекулярную структуру. Можно сказать, что каждая его крупинка не уступает по сложности организму кальмара, и окружающее деметронное поле благодаря настолько высокой концентрации информации упорядочивается значительно сильнее, чем внутри простого зерна. Кроме того, это упорядочивание складывается в ещё более тонкую адаптивную программу.

Когда этот порошок, так называемое чудобрение, физически контактирует с достаточно динамической материей, уже имеющей выраженный деметронный след, он впитывается в неё и ускоряет текущие там процессы. На микроорганизмы он практически не действует, только слегка подстёгивает - как отдельные организмы, они уже достигли вершины своих нормальных возможностей и не могут стать ничем новым. Почва же начинает разлагаться в немного более быстром темпе, и при этом слабо, однако ощутимо разогревается. Но наибольшим потенциалом во всём горшке обладает именно орешек, и на его клетки данный порошок оказывает действительно сильный эффект. Они начинают не просто с огромной скоростью преобразовывать грунт в свои копии, а ещё и захватывать виртуальные частицы, строя себя прямо из ткани континуума.

Не прошло и нескольких минут, как по заметной части сцены уже распространились самые настоящие орешниковые джунгли. И здесь заряд от чудобрения теряет силу, поскольку дальше подобное растение развиваться не должно - это уже его максимальный естественный размер с учётом мелких отклонений роста. Есть и более мощные средства, которые вносят новые мутации, позволяющие установить другой лимит или вообще убрать верхнюю границу, но для простой демонстрации этого было бы чрезмерно много. В качестве носителя такой программы могут выступать не только молекулы, но и, например, особый поток света. Я уже не стану этого показывать, да и химикаты мне привычнее, но если вам нужен пример, то в булгаковской повести «Роковые яйца» главным элементом является луч жизни профессора Персикова, который почти идеально совпадает с некоторыми излучениями такого рода, известными современной науке, и тоже может быть выделен из обычного сияния лампочки, хотя немного иным методом. А лучшие технологии подобного типа могут реализовать всю энтелехию буквально за одно мгновение.

Но прошу отметить, что это не конкретно усиление жизненного аспекта, а ускорение физических процессов вообще. То есть деревце выросло огромным и красивым, но его срок жизни при этом сократился на соответствующее количество лет, плюс-минус разные погрешности. Хотя это также наделило его большей выносливостью и позволило избежать многих опасностей, подстерегающих на жизненном пути, поэтому в целом тут не на что жаловаться. А что, если посыпать чудобрением нечто совсем другое? К примеру, деятельный, но неодушевлённый автомобиль?

Вжик, и новенький джип обратился в кучу ржавчины, деградировали даже пластиковые детали. С точки зрения физики, нет никакой заметной разницы между нашим метаболизмом и гниением, коррозией, окалиной или другими разрушительными реакциями такого рода. По сути, наша эволюция приспособила распад как основу для жизнедеятельности, поэтому то, что ускоряет последнюю, почти наверняка будет многократно усиливать также все её деструктивные аналоги. Конечно, это не общевселенское правило, но для земной биосферы дело обстоит именно так.

Впрочем, из единообразия устройства жизни на Земле тоже можно извлечь выгоду. Все деметронные поля на планете, в том числе основной природный фон, оказываются заряжены и настроены почти идентично. То есть у всей местной органической жизни - общая фундаментальная структура, а выстроены ли вокруг неё растительные, животные, бактериальные или другие клетки, вирусы, прионы и так далее, уже частности вроде цвета глаз. И если собрать какой-нибудь случайный биологический материал, а затем подвергнуть действию подходящей деметронной программы, как бы откатив его к заводским настройкам, мы получим универсальную живую массу, так называемый биолин, из которой далее можно лепить всё, что нам захочется, от анатомии до генетики. Потрясающая технология, но в человеческих мирах она мало распространена.

Другим методом эксплуатации таких паттернов является их целенаправленная точечная подстройка. Вы наверняка знаете или хотя бы можете догадаться, что такое биопанк? Он охватывает самые разные способы переделывания живых существ в различные инструменты - от простых селекции и хирургии до продвинутой генной инженерии. Но это лишь модификации плоти на, собственно, биологическом уровне, а после них начинается странный постбиопанк, чьи возможности превосходят самые смелые фантазии старых мастеров. Мы рассмотрим его детальнее в середине семинара, а сейчас позвольте коротко продемонстрировать, что же это такое, с полным сенсорным погружением. Работы там могут проводиться и на более грубых уровнях, чем настоящая деметроника, но так или иначе будут затрагивать некоторые из её базовых эффектов.

Внешне такая культура вовсе не обязана быть выраженно мясной. Стилистика продвинутого биопанка неизбежно будет наполнена не самыми эстетичными, по вашим меркам, деталями, вроде насыщения воздуха ядовитыми спорами и выставления анатомико-метаболической изнанки живого организма на всеобщее обозрение. Там это неизбежная необходимость - но постбиопанк может даже полностью отказаться от разных склизких, липких, пульсирующих и других подобных моментов, стать вещественно опрятным. Однако вместо этого мир доверху наполняется почти осязаемым ощущением жизни, которая больше не привязана к определённым воплощениям и действует фактически сама по себе, как абстрактная стихия. И это ещё хуже, потому что заразить плесенью или паразитами можно только другой организм, а здесь виталистическая сила способна инфицировать собою вообще всё, от мёртвой скалы до самого космоса. С непривычки после такого хочется помыться вообще целиком, снаружи, изнутри, отчистить каждый электрон, и даже на ещё более глубоком уровне, но уж простите, это необходимый опыт, чтобы истинно постигнуть сущность деметронного поля. Сейчас я загружу вам несколько мемагентов, которые помогут быстрее привыкнуть к этому довольно самобытному переживанию, а через минуту рассмотрим другую постбиопанковскую технологию, упомянутую перед визуализацией.

Такая система известна как бионарратив и представляет собой, по сути, эволюционный предохранитель. У живых существ, как правило, есть мерзкая и опасная тенденция мутировать, причём устранить её не всегда может даже полная неспособность размножаться. В дикой природе это важнейший талант, который позволяет индивидам или популяциям адаптироваться и переживать даже очень тяжёлые катастрофы. Но для биотических инструментов, созданных ради конкретных задач, такое свойство в большинстве случаев неприемлемо, а когда, например, речь идёт о вездесущих мелких жучках, которые поедают мусор, то даже малейшее искажение параметров может привести к самому печальному исходу. Чтобы этого избежать, в их деметронную структуру можно прописать специальные подпрограммы, которые напрочь заблокируют всю подобную вариабельность. А ещё лучше оставить ей ровно столько свободы, чтобы мутации оставались лишь внутри безопасного спектра, и предустановленный функционал организма, его общий принцип, даже при самых резких отклонениях мог только улучшаться, но не меняться.

Конечно же, на общем фоне космоса такое место будет резко выделяться. При взгляде через специальный аппарат, деметроскоп, покажется чуть ли не многоцветной сверхновой звездой. Но, как видите, так становятся заметны и миллионы других звёздочек. Почти все они являются планетами или иными небесными телами, на которых есть собственная биосфера - чем более сложная и обильная, тем ярче будет свет, а его оттенки указывают на разнообразие доминирующих биопаттернов. Земля в этом отношении довольно средненькая и почти однотонная, тогда как моя родина из-за очень медлительной скудной экосистемы гораздо тусклее, но зато по той же причине деметронные узоры человечества там отчётливо просвечивают сквозь местную биоту, порождая характерный двуцветный ореол. И если отдельное живое существо достаточно хорошо разовьётся, оно тоже будет различимым издалека. Альянс пока не придумал более удобного и быстрого способа искать населённые миры или тех, кто потерялись вне их. А самые мощные устройства, которыми мы сейчас располагаем, способны обнаружить даже обычного человека среди межгалактических бездн, но это слишком громоздкая аппаратура - приходится экранировать все излучения от более близких организмов и многих других упорядоченных систем. Опять же, для простой демонстрации будет вполне достаточно и менее чуткого прибора.

Временами встречаются даже целые вселенные, в которых плотность и сложность деметронных кластеров повсюду достигают колоссальных значений. Такие диадромы являются своего рода оазисами мультиверса, где зарождаются самые фантастические формы жизни. А ещё такие места особенно притягательны для разнообразной мироходческой фауны, в том числе такой, о которой наша наука знает ещё очень мало или вообще фактически ничего. Впрочем, об этом будет уместнее поговорить в другой раз, для лучшего эффекта понадобятся особые технологии.

Отдельно стоит отметить ещё вот что. В начале занятия я упомянула, что деметронные поля относительно легко структурируют реальность на квантовых масштабах, более тяжёлые организмы поддаются им уже сложнее, а для влияния на астрономические системы требуется вообще запредельная сила. Однако в целом это достижимо, и достаточно прогрессивная биосфера или даже отдельное сверхживое существо могут такого добиться, причём не всегда по собственному желанию. К примеру, у Степлдона в его самой первой научно-фантастической книге, про будущую эволюцию человечества, последнее своей духовной деятельностью невольно обрушило Луну на Землю, и описание этого явления напоминает воздействие деметронных полей. Загадочная живность планеты Солярис из одноимённой книги Лема, однако, таким же методом сумела скорректировать орбиту своего мира и избежать падения на светило. Так что это не всегда плохо, здесь всё зависит лишь от степени контроля и метода приложения общего инструмента. Тем же путём, в частности, можно предотвратить утечку атмосферы со слишком лёгкого небесного тела или очистить её после загрязнения, даже если это нельзя сделать обычными биохимическими средствами. Кроме того, очень развитое деметронное поле способно видоизменять сами живые организмы и даже быть аналогом, условно говоря, астрального плана бытия.

Возможным примером такого мира может послужить Земля из книги «Назад к Мафусаилу» - точнее, в основном последняя часть. Несмотря на то, что Шоу рассматривал эту историю сквозь призму религиозной философии, она неспроста названа метабиологическим пятикнижием и описывает систему, в которой всякий подкованный исследователь без труда опознает деметронику. В частности, один из главных героев тех эпизодов, Пигмалион, талантливый биотехник и скульптор, создавал из искусственных живых тканей более совершенные органы, но, чтобы они начали функционировать, ему пришлось вначале освоить управление некоей жизненной силой, аккумулировать её, учиться направлять её необходимым образом. Также он обнаружил, что, если у этой силы окажется слишком низкое напряжение, подвергнутая её воздействию органическая материя превратится в массу белых червячков, видимо, неких примитивнейших форм жизни. Кроме того, к данному варианту деметронных полей оказалось восприимчивым только достаточно сложное живое вещество, и только мозг, сравнимый с человеческим, мог долгое время поддерживать более интересные структуры, чем лишь раковая ткань. Такие свойства имеют, как правило, уже весьма старые деметроны, которые приспособились к определённому субстрату и уже слишком упорядочились, чтобы их поведение можно было изменить.

Там же другие персонажи, именуемые просто древними, которые прожили настолько долго, что уже фактически вышли на постчеловеческий уровень и научились силой воли перекраивать свои тела, рассуждали о том, какой формы желают достигнуть дальше. Надеюсь, все помнят вольвеллиров, да? Так вот, древние стремились к ещё более абстрактной форме существования, планировали отказаться от плоти вообще и стать чистыми вихрями этой самой жизненной силы. По сути, перейти к состоянию абсолютного постбиопанка, но этого нам уже не показали.

Раз уж мы так зашли в художественные примеры, вот ещё несколько. Отчаяние из одноимённой повести Нестеренко, которая в вашем мире будет написана через десять лет - главная сила вселенной, стремящаяся реализовать свой потенциал через порождение всё более сложных форм жизни, способных полнее испытывать космические муки. Да, жизнь и созидание вовсе не обязаны быть строго позитивными по нашим меркам. Дальше, у Уиндема в рассказе «Уна» один учёный обнаружил, что существует не просто некая жизненная энергия, а множество её разновидностей, и научился создавать из заведомо неодушевлённых материалов полноценные квазиорганизмы, включая разумные, причём их можно было легко возвращать к неживому состоянию или включать заново. А лавкрафтовский Герберт Уэст, особенно в экранизации, был ограничен только одной, зато универсальной и потому взаимозаменяемой, условно говоря, праной, и развлекался созданием биоконструктов из различных мёртвых тел. Примечательно, что в фильме оживлённый палец мог двигаться сам по себе, хотя внутри него отсутствуют мышцы и тем более управляющие системы, что можно объяснить программными свойствами самих деметронно заряженных субстанций. Про всяких франкенштейновских чудовищ говорить не буду, пожалуй, поскольку механизмы их оживления почти всегда описываются слишком невнятно.

Тени или Пыль из фентезийной трилогии «Тёмные начала» тоже очень хорошо укладывается в физику деметронных полей. Кстати, финальная часть будет издана как раз в октябре этого года, но у нас тут она уже есть, если хотите. Другие восхитительные примеры того, на что бывают способны деметроны, показывает аниме «Гуррен-Лаганн» от две тысячи седьмого, и его лучше посмотрите сами. И если уж затрагивать тему аниме, то евангелионское АТ-поле, а возможно, также некоторые другие явления определённо имеют деметронную природу, хотя конкретные черты отличаются. Но это как раз совершенно естественно, как было бы глупо ожидать одинакового функционала у различных компьютерных программ на основе единого языка, или идентичного облика существ с полностью совпадающим геномом. Таких примеров ещё очень много на всякий вкус и цвет, от абстрактного общемирового закона упорядочивания до весьма специализированных локальных энергий, наподобие оргонной или пресловутого животного магнетизма, особенно из области квазинаучной медицины, где подобные идеи особенно хорошо растут.

Реализация таких возможностей зависит, прежде всего, от инструмента. Иногда для этого достаточно простой машины, в других случаях уже требуются технологии, по сложности не уступающие биологическим тканям, а порой достигнуть желаемого результата возможно, только если взять за основу именно природный организм, потому что даже точная искусственная копия окажется намного менее эффективной. Но между этими вариантами скрывается одна крайне примечательная идея - особая форма киборгизации. У обычного киборга нет преимущества перед простым человеком, который держит аналогичный инструмент, например, в руке. Однако при помощи определённых методик он может ловко сыграть на том, что его тело состоит из отдельных деталей, и направить деметронные силы через свои аугментации таким образом, что зримо исказит, по сути, саму реальность. К примеру, уместит внутри себя гораздо больше различных устройств, чем это геометрически и логически достижимо, причём для этого даже не потребуется конвертировать реальную материю в потенциальную или обратно, там уже другой принцип.

Для начала этих примеров хватит, рассматривать и тестировать их детальней мы начнём на следующих занятиях. Сегодня я расскажу только ещё одно - про юважманские корни деметроники. Называть их так было бы, конечно же, чудовищным преувеличением, как древнегреческую пневму, но наши представления действительно подтолкнули научную мысль в перспективном направлении. Итак, природа Юважмы очевидно не предназначена для жизни человека, там холодно, сумеречно, практически нечего есть, а на километры вверх тянутся густые переплетения ветвей, откуда на голову периодически падают хищники. Мы для них тоже несъедобны, но они этого не понимают, и, поскольку охотиться там невозможно, потребовался иной подход. Выход нашёлся в химической, так сказать, промышленности, которая для нашей цивилизации стала ключевой с самого начала. Когда для того, чтобы получить пищу, необходимо тонко обрабатывать определённые виды почв, а для защиты от спор, феромонов и других биологических частиц, которые заполоняют почти весь воздух, приходится изобретать всё новые очистители, иначе просто не выжить. Но местные существа использовали такие особенности окружающей среды для общения, вроде вывешивания устойчивых облаков сигнальных веществ по периметру своей территории, и, стало быть, мы расшифровали эту систему кодов, обратив против них самих.

Далее эта идея развивалась приблизительно следующим образом. Значительная доля мышления юважских зверей происходит за пределами их мозга, в атмосферных соединениях, которые стимулируют их делать то или иное, не задумываясь. Растительные семена тоже подвешены в пространстве, откуда попадают на почву, деревья, внутрь лёгких, и так далее. Но сами фауна и флора крайне пассивные. Следовательно, в отличие от автономных земных существ, их тушки являются лишь инструментами той силы, что протекает в воздушном пространстве. Это, на самом деле, совсем не так, хотя зерно истины в подобном мнении действительно имеется. Итак, наша философия и вообще культура пришли к идее о том, что всё вокруг наполнено невидимой субстанцией, которая живёт сама по себе, однако требует более осязаемых носителей для реализации своих целей, причём ею можно довольно успешно управлять. И, хотя последнее делается через химикалии, эта сила не сводится только к ним, у неё есть некая дополнительная синергия, почти метафизический подтекст, который превращает тучи атомов в разум джунглей.

Восточные концепции землян, наподобие кармы и эссенции цзин, уделяют основное внимание духовному или даже нравственному элементу такой силы. Западные сосредотачиваются, напротив, на более осязаемых и приземлённых, насколько я их понимаю. Ну а юважские во главу угла ставят, скорее, сами принципы взаимодействия того и другого, не фокусируясь на их конкретных законах. Основными специалистами по этим темам были своего рода знахарки или ведьмы. Я больше тридцати лет проработала таковой и очень хорошо прочувствовала все нюансы подобной системы. В двух словах, сами понимаете, объяснить не смогу, но пару лекций мы обязательно посвятим анализу этой философии и тому, как она пересекается с деметроникой. Зову бытия, слышать который означает существовать, и уже через одно это дискутировать с ним.

До него будут ещё теоретические и практические занятия более научного рода. Уже на следующем, к примеру, я обучу вас основам базовых исчислений для постройки простейших деметронных механизмов. Но для полного постижения этой сферы, которая охватывает буквально все стороны реальности, неизбежно потребуется освоить гораздо больше различных тем, от религиозных до инженерных, или даже усомниться в собственном существовании. Так что не зацикливайтесь на одной области, стремитесь хотя бы понемногу развиваться во всех направлениях.

Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License