Два дара упавшей звезды

Едва Нибарезг, пытаясь догнать Ринова, коснулся преградившей ему путь двери, чтоб поглотить её, яд заполнил его, склонив в сон. Затащить тело великана в тюрьму оказалось куда сложнее, ведь он был почти наполовину крупнее Ринова, а времени было не так уж и много. Скоро он проснётся, и тогда он должен быть заперт в деревяной коробке, покрытой веществом, являющимся для великанов ядом. Чтобы раздобыть такое количество хоногипина, ринову пришлось бродить по тёмным пещерам, ища коконы фахонидов — гигантских мотыльков — что впали в спячку, когда стали укорачиваются дни. Он вскрывал их в определённом месте и собирал вытекающую оттуда жидкость, держащую их в сонном состоянии. Мотыльки просыпались, разрывали кокон, несколько раз взмахивали влажными ещё крыльями и снова засыпали, уже навсегда. Ничтожного количества добытого вещества едва хватало для осуществления его плана. Ринов тщательно покрыл стены будущей ловушки, чтобы её будущий узник не смог выбраться.

Ловушка захлопнулась, дав Ринову осуществить свою холодную, сладкую месть. Отомстить за сотни погибших друзей и близких, за земли, захваченные Камнем. За набеги великанов. Это будет жестокое, но справедливое деяние.

Из последних сил Ринов закрыл дверь. Почти сразу он услышал, как великан ворочается в своей ловушке, просыпаясь.

— Ринов, — послышался через некоторое время голос Нибарезна — ты здесь?

Ринов, на всякий случай, отполз от двери.

— Я знаю, что ты тут… Ловко, нечего сказать. Яд фахонидов, не так ли?
— Верно. — Ринов постарался, чтобы его голос не выдавал усталость.
— Кажется, ты слегка устал, затаскивая меня сюда?
— Ничуть.
— И что же ты намерен делать дальше?
— Морить тебя голодом. А может, придумаю что-то ещё — он дал понять, что давно придумал это «что-то».
— Забавно. Я не привык голодать.

В темноте ловушки Нибарезг ощупывал своё новое жилище, в котором ему придётся провести неизвестно сколько времени. «Так… два слоя древесины, покрытые ядом. У двух стен — каменная кладка… у одной стены — сплошной камень. Сама дверь укреплена металлом, но её, вроде, можно снести с петель… Сверху — металл и какая-то сложная конструкция… металлические укрепления, удерживающие камни. Заботливо с его стороны, не хотел, что бы меня ненароком задавило. Снизу — земля. Получается, пробить можно только дверь и пол.» Прошёл только час, а Нибарезг уже чувствовал сильную усталость, чем дольше он будет бездействовать, тем меньше сил у него останется для бегства. Великан разбежался и врезался всей своей массой в дверь. Результата не последовало. Тогда он решил взять разбег побольше и повторил попытку.

Темница слегка качнулась, а потом повалилась набок. Снаружи послышался грохот падающих булыжников. Великан понял, что шансы выйти через дверь резко сократились. Он заново оценил ситуацию: теперь он был со всех сторон завален камнями, дверь оказалась заблокированной землёй, а одна стена продолжала упираться в какую-то непонятную скалу. Сверху, на неукреплённой стенке, лежит несколько валунов, грозящих раздавить его при попытке сбежать.

На шум прибежал Ринов. Когда он увидел, что произошло, из его уст вырвалась фраза, как нельзя лучше передающая всю плачевность положения узника и испуг-удивление пустынника.

— О, Ринов, рад тебя слышать!
— Что здесь произошло, буйная твоя голова? Ты цел?
— Странно слышать слова беспокойства от человека, который хочет меня убить. — усмехнулся Нибарезг. Он очень устал, но умело контролировал интонацию.
— Я хочу, чтобы ты умер так, как хочется мне, а не так, как получится у тебя!
— Тогда будь добр, убери камушки сверху, а то боюсь я, как бы они ненароком не проломили древесину вместе с моим черепом.

Ринов забрался повыше, чтобы оценить ситуацию.

— А знаешь, — вскоре послышался его голос — я оставлю так. Попытаешься ещё раз наделать шуму — получишь ими по голове.

Нибарезгу ничего не оставалось, кроме как сидеть смирно. Дни шли за днями, сливаясь в какую-то непрерывную кошмарную ночь. Нибарезг чувствовал, как теряет силы, много раз ему казалось, что он умирает, но смерть не наступала, а сил становилось всё меньше. Неприятно было и то, что пустынник запускал через какую-то щель насекомых, донимавших великана своим жужжанием. Нибарезг мог бы попытаться поймать их и насытиться, но сделать это в темноте и будучи почти обессилевшим было почти невозможно. И ему оставалось слушать непрерывное, резонирующее в деревянной коробке, жужжание.


Однажды, почувствовав присутствие своего тюремщика, Нибарезг начал:
— Ты слышал чего-нибудь об Эльностралле?
— Ну?

Эту легенду слышали почти все. Когда-то, на заре времён, люди, только недавно созданные Анэ, были абсолютно одинаковыми. Эта одинаковость погружала Эри в тоску. Чтобы внести разнообразие в творение Анэ, Эри создало Эльностралл. Это, не понравилось Анэ, и он напал на Эри, когда тот нёс Эльностралл людям. Разразилась битва, и Эри выронило Эльностралл. От него отломилось множество осколков, которые разнесло по миру. Никто не знает, куда упал сам Эльностралл, но многие ищут его, не зная толком, что это такое, и даже не представляя себе, что могут обрести…

— Я знаю, где он — заявил Нибарезг — В то время, как многие пытаются найти его, мой род хранил его у себя.
— Но зачем ты сейчас говоришь мне об этом?
— Я отведу тебя туда, если ты меня отпустишь.

Ринов задумался. Его народ многое отдал, чтобы завладеть Эльностраллом. Но нельзя было убедиться, что великан не лжёт. И всё же, возможное приобретение столь желанного и таинственного артефакта казалось ему гораздо весомее мести…

— Хорошо, — согласился Ринов — но твоё освобождение займёт какое-то время.


Последний камень был убран. Ринов отсоединил стенку ловушки, и в глаза великану ударил яркий свет.

Выбравшись, Нибарезг положил ладони на лежащий рядом камень, и пустынник увидел, как вещество словно испаряется от его прикосновения. Великан восстанавливал силы.

— Не пытайся сделать так со мной — Ринов надел на руку Нибарезга браслет, хитрый механизм уменьшил его диаметр и надёжно закрепил на запястье великана. — Как только ты попытаешься повторить это, браслет усыпит тебя. На расстоянии я тоже смогу его активировать.
— В таком случае у меня условие: когда мы придём, ты его снимешь.
— Хорошо — после недолгого раздумья согласился Ринов.


Двое врагов шли по песчаным барханам родины Ринова, пробирались через скалы и леса, шли по красным от цветов холмам и, наконец, пришли к Каменистой Пустоши, где жили великаны. Едва пустынник ступил на камень, он почувствовал, как его силы утекают.

— Прости, забыл, что ты не можешь здесь ходить — великан отдалялся от Ринова.
— Стой! — Ринов напомнил про браслет. Это убедило великана остановиться. — Отдохнём — тогда и продолжим — сообщил Ринов.


После привала Ринов встал, потянулся, а затем слегка приподнялся над землёй.

— Пошли — сказал он.

Нибарезг шёл впереди, а Ринов летел вслед за ним, паря в нескольких метрах над камнем. Несмотря на это, Пустошь всё равно понемногу высасывал силы, и Ринов то и дело устраивал короткие перерывы.

— Это далеко? — он чувствовал, что долго не протянет.
— Нам нужно всего лишь в самый центр.

Ринов мог обойти пешком половину материка, но Камень сильно снижал его возможности. "Не удивительно, что здесь ничего не растёт — думал он — любое растение сразу же погибнет от прямого контакта с этими… ужасными…"

— Тихо! — вдруг сказал великан и остановился.

Нибарезг услышал шум. Воздух наполнили шипение и звон. Не успел Ринов понять, что происходит, не успел он увидеть на горизонте какое-то странное облако, а великан уже схватил его и потащил за собой.

Едва они спрятались среди камней, всё вокруг них наполнилось шумом крыльев. Фахониды закрыли и без того серое небо, обратив день в позний вечер. Когда стая улетела дальше, Нибарезг ещё какое-то время сидел в укрытии. Местность вокруг преобразилась до неузнаваемости, но для великана это не было проблемой.


Когда Ринов очнулся, он обнаружил себя болтающимся на плечах великана.

— Нибарезг…
— А?
— Что это было?
— Фахониды, очень разрушительные создания. Я затащил тебя в укрытие, а потом ты отключился.
— А почему ты… не оставил меня… там? — после недолгого молчания спросил Ринов. — Ты ведь мог… таким образом избавиться…
— Знаешь, здесь оставить человека в беде — самое страшное, что можно совершить.
— Я это слышу от убийцы?
— Мир сложнее, чем тебе кажется, Ринов. Я общещал, что приведу тебя сюда — я сдержал слово. Ты набрался сил, чтобы слезть?

Ринов слез с великанских плеч и вновь взлетел над камнем. Они находились перед высокой отвесной скалой с почти гладкой поверхностью. Великан положил ладони на поверхность скалы, и камень будто ожил. Он свободно, как жидкость, изменял свою форму, открывая в себе длинный тоннель. Путники вошли внутрь.


Вскоре они пришли в огромный, освещённый какими-то кристаллами грот, в центре которого находился большой полукруглый камень, вокруг которого попарно располагалось восемь каменных кубов, по два с каждой из четырёх сторон.

— Сними браслет — сказал Нибарезг.
— Мы пришли?
— Да.
— Но, я думал, он будет красивее…
— Он сейчас в оболочке — я открою её, когда ты снимешь браслет.

Щёлкнул механизм, и браслет легко снялся с руки великана.

Нибарезг положил свои ладони на два каменных куба. Оболочка зашевелилась и начала раскрываться, точно огромный бутон, ослепляя двух искавших его людей ярким холодным белым светом, идущим изнутри. Оба человека сорвались с места. Оба одновременно коснулись Эльностралла — источника этого света, заглушающего свет кристаллов, светившихся теперь так же тускло, как светится луна, пробиваясь сквозь тучи. Два Осколка, отлетев от Эльностралла, попали в руки искателям, став с ними одним целым.


Великан вновь спрятал Эльностралл в каменную шкатулку и, вместе с Риновом, пошёл по тоннелю наружу. Ринов увидел, как в руках великана Осколок медленно испаряется.

— Почему мы не могли забрать его весь?
— Эльностралл — это не та вещь, которую можно забрать.
— Но у вас это получилось?
— Мои предки нашли его там, где он находится сейчас. Повелители камня создали надёжную шкатулку, они решили, что он не должен доставаться никому. Немногие из моего рода видели его своими глазами, но абсолютно все знают место, где он находися. Мы передаём эти знания из поколения в поколение, если однажды он по-настоящему понадобится людям… Я поступил неправильно, приведя тебя сюда.
— Знаешь, — задумчиво сказал Ринов — Эльностралл дал мне странную способность. Я будто могу отправить свою копию недалеко в прошлое или будущее. Что дал Эльностралл тебе?
— Всего лишь бессмертие.
— Что? — возмутился Ринов — Я пришёл сюда ради какой-то ерунды, чуть не умер, а вечность — тебе? — С этими словами он с ненавистью выбросил Осколок куда-то вглубь тоннеля.
— Не стоит так огорчаться, Ринов. Подумаешь, вечность, мелочь какая. Ты сможешь добиться гораздо большего!

Но пустынник не обращал внимания на попытки успокотиь. Он угрюмо молчал и шёл.


Скала была возвращена к первоначальному виду, двое путников были уже на приличном расстоянии от неё.

— Мы точно туда идём? — спохватился Ринов.
— Разумеется, да! Иначе я бы сразу сказал тебе.

Скала уже давно скрылась за горизонтом, и вокруг была лишь каменистая равнина, где ориентироваться могли бы лишь великаны.

Ринов остановился.

— Где мы?
— На месте, которое ты выбрал сам. — Великан коснулся руками камня у себя под ногами, и вокруг Ринова встали огромные волны-скалы. Не успел он что-либо предпринять, как волны куполом сомкнулись вокруг него, погрузив в сон.

Нибарезг пробуждал Камень, строя из него изощрённую темницу для своего кровного врага. Как однажды его предки построили скалу-склеп, скрыв Эльностралл от людей, так он сейчас создавал гробницу для Ринова, вынудившего раскрыть тайну. По воле Нибарезга Камень пробуждался, создавал необходимые формы и вновь засыпал, образуя купол, пропасть вокруг него и маленькую комнатку со спящим человеком внутри.


Что-то боролось в пустыннике за жизнь. Было ли эо вызвано адаптацией к Камням, или укреплением духа из-за контакта с Эльностраллом, но он сумел открыть глаза.

Сколько бы времени ни прошло, но великан успел приковать его цепями к стене. Он вспомнил последние события и пожалел, что столь опрометчиво отказался от даров Осколка. Врочем, даже если бы Осколок был у него, его собственное тело, заполняющее весь доступный период времени, помешало бы отправиться в прошлое.

Ринов посмотрел в окно, созданное в его тюрьме, и увидел, насколько продуманную защиту великан соорудил вокруг него.

Ему не оставалось ничего, кроме как придумывать план побега. Или умереть.

Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License